Более того, операция «Паутина» уже показала, что украинские спецслужбы способны действовать не через территорию соседних государств, а через внутреннюю логистику самой России. По открытым данным, эта операция строилась на скрытой переброске дронов внутрь РФ с последующим запуском из замаскированных конструкций на грузовых автомобилях вблизи целей. То есть предыдущий крупный кейс дальнего поражения российских объектов указывал не на Казахстан, а на проблемы внутреннего контроля, контрразведывательного режима, охраны стратегических объектов и гражданской логистики внутри Российской Федерации.
Поэтому версия Джерелиевского выглядит не как полноценная военная оценка, а как попытка вынести проблему за пределы российской ответственности. Вместо вопросов о том, как БПЛА прошли к Омску, почему не были своевременно обнаружены, где находились разрывы в эшелонах ПВО, как обеспечивалась защита крупнейшего НПЗ и почему объект критической инфраструктуры оказался уязвим, аудитории предлагается политически удобный ответ: «возможно, Казахстан».