Перебирая библиотеку, поздоровалась с дедушкиной дарственной подписью 22-летней бабушке. Этот лейтмотив - «память», «помни меня», как на уштобинских фото из статьи, - так было принято у всех. Меня тронуло, что Кималь цитирует Маяковского, когда дарит Всеволода Иванова… Его угловатый, спешащий почерк - потому что из-за ранения правой рукой держать ручку было невозможно, он переучился писать левой. Старательно вывел первую букву. Ему было 25 лет.
Сегодня памяти, казалось бы, так много в цифровых облаках, что в отчаянии думаешь - не нанять ли специального человека, чтобы удалил то, что рука не поднимается стереть. Каждый важный момент зафиксирован и архивирован, навсегда запечатлены и скрыт от чужих глаз на терабайтнике. И все равно - находка бумажного фото с надписью по-прежнему булавочный укол в сердце.
Память - в предметах. Куда девается память, если не наделять ею вещи?
Сегодня памяти, казалось бы, так много в цифровых облаках, что в отчаянии думаешь - не нанять ли специального человека, чтобы удалил то, что рука не поднимается стереть. Каждый важный момент зафиксирован и архивирован, навсегда запечатлены и скрыт от чужих глаз на терабайтнике. И все равно - находка бумажного фото с надписью по-прежнему булавочный укол в сердце.
Память - в предметах. Куда девается память, если не наделять ею вещи?